Русинглиш… Или о чем спикает спикер

[nervo4ka]

Вот уже лет тридцать жители Брайтона, Форест Хиллса, Дивана, и прочих островков русской ойкумены Америки являются свидетелями увлекательного процесса создания нового языка, на котором они общаются, пишут объявления, и даже печатают какую-ту периодику, правда, пока низкотипографного качества. Язык этот, русинглиш, стал образовываться на волне иммиграции 70-х годов в районе Большого Нью-Йорка, а затем был подхвачен и донесен до Чикаго, Лос-Анджелеса, и Маями. И вот страна МакДональдса и Микки Мауса- нет, не раскрыла нам, прекрасным таким, свои объятия, а лишь показала дежурную улыбку с "найс ту мит ю" и хлопнула по плечу. Затем же отвернулась и перестала замечать. И не оставалось нам ничего другого кроме, как идти, подавив амбиции, в люди. Но идти туда мешало удивительное невежество американцев, которые продемонстрировали непростительное незнание великого и могучего. И тогда, раз уж поселились мы, как Маугли с волками, стали и выть по-волчьи. Даже не выть, а осторожно так, от безысходности подвывать, подскуливать.   

   

Вечер. В ливинг руме Он и Она. Он сидит на кауче перед TV, лениво перелистывает кэйбл-ченелс. В свободной руке держит пакет с потэйто-чипсами. Слышится мерное похрустывание. Сбоку от ТV, в лав-софе сидит Она. Долго глядит на одну и ту же страницу раскрытого на коленях "Космополитена", но не читает, а как бы задумалась о чем-то своем.

  

   ОН: Тань, а Тань, ты шо там делаешь?

   ОНА (после некоторой паузы): Та нишо. Магазин читаю.

   ОН: Тань, иди сюда. Кино с Джулией Робертс посмотрим.   

   ОНА (вздыхает, но ничего не говорит).   

   ОН (продолжая есть чипсы): Тань, ты шо, анхэппи?   

   ОНА (громко и с внезапным волнением): А шо мне быть хэппи-то? Никакого у меня в жизни нет ни фана, ни эксайтмента! Целый день сижу в кондо, клиню китчен, как дура. Шопинг делаю. Ну динер, там, приготовлю. В джим схожу поэксерсайзиться, фэйшиал с бьюти-салон сделаю. А вечером ты прийдешь--и сразу к ТВ. Ни тебе в аут пойти, ни тебе парти сделать.   

   ОН (перестает есть чипсы, с трудом сдерживает нарастающее волнение): Айм сори! А у меня шо? С утра еду в офис, целый час в трэфике торчу. Работаю оувэр тайм. Софтвер пишу новый--у меня дэдлайн через месяц. Хоть дома я могу релакс спокойно?   

   ОНА (как бы постепенно успокаиваясь): Можешь, Жорик, можешь. Но у всех бывает моумент, когда надо подумать и сделать свой чойс.   

   ОН (с осторожным подозрением в голосе): Так в чем твой пойнт? Не пойму.   

   ОНА: А в том, шо любовь--это, извиняюсь, комитмент и шэринг. В том, шо не кэраешь ты обо мне, Жора!   

   ОН (обрасывает ремоут-контрол и чипсы и подбегает к Ней): Танечка, да как ты можешь? Я же кэраю, кэраю. Я просто так бизи с этим софтвером. Вот допишу его, и хочешь--поедем на круз? Знакомый трэвл-эйджент хороший дил предлагал.   

   ОНА (расстрогавшись, смахивает слезу): Хочу, Жорик, хочу. А в уикэнд пойдем в аут?   

   ОН: Пойдем. В сандэй у Миши барбекью будет.   

   ОНА (счастливо смеется)--   

   И Они вместе садятся смотреть Джулию Робертс.

  

   Благодаря русинглишу мы можем теперь не только делать бизнес, иметь Фан, брать автобус и душ и общаться друг с другом.  Русинглиш - неотъемлемая часть этой жизни. Мы уже плохо понимаем бывших соотечественников, говорящих по-русски. Русинглиш давно стал официальным языком реклам и объявлений, предлагающих услуги бесконечных риалторов, мортгидж-брокеров, бэйбиситеров и хаузкиперов. Все чаще он появляется на страницах местных периодических изданий. Конечно, много еще предстоит работы по систематизации грамматики и лексики русунглиша, но уже недалек тот день, когда мы увидим первый русско-русинглиш разговорник (точнее, спикник), и первый диксионер. Так пусть же каждый, проживающий на родной Нью-Йоркщине, Иллинойщине, или Флоридщине, отбросит последние сомнения и внесет свою лепту в то, чтобы подарить мировой культуре новый язык (Да, ну и конечно же - гад блэсс Америка).

  

  Леонид Сторч (www.lib.ru, раздел «Заграница»)